Прошлой осенью в Telegram появились каналы. Михаил Кафанов запустил свой еще перед Новым годом, а с января реформатировал его в «Интересные статьи».
Wileyfox Swift скоро появится в «Евросети». Ниже – доказательства, что в категории до 7-8 тысяч рублей у этого смартфона нет соперников.
Три с половиной года назад я перешел с Sony Xperia S на iPhone 4s. Потом были iPhone 6 и iPhone 6s Plus, а о трансфере с Android я не пожалел ни разу: до последнего времени у смартфонов с ОС от Google не было ни одной функции, о которой бы я мечтал. В мае все изменилось – сейчас я насчитал уже три пункта, которые бы мне точно не помешали.
Пару лет назад на сайтах с мотивационными текстами продвигали идею о том, что нужно мало спать и много работать. Сейчас я понимаю, что авторы этой идеи – инфузории, но в 19 мне реально не хотелось тратить на сон больше 4-5 часов в сутки. В итоге я перепробовал почти все энергетические препараты и пришел к выводу, что лучший метод – нормально высыпаться и быть продуктивным в остальное время, а не хвастаться, что ты уже неделю нормально не спал.
В 2012 году я заканчивал школу и вместе со всеми одноклассниками залипал в твиттере. Они подписывались на Тимати и Ксению Собчак, я – на Сергея Минаева и спортивных журналистов. Суть не менялась: наши твиты были интересны только нам самим, и отвечали на них, соответственно, только мы сами.
Иногда мне кажется, что у людей, формирующих язык, совсем беда со вкусом.
Россия всегда казалась иностранцам недоброжелательным и странным местом, а русские болезненно относятся к любой критике со стороны иностранцев. Идеальные условия для того, чтобы книги о путешествиях в Россию имели сумасшедшую популярность. Потому что на каждое: «Неужели вы действительно так живете?» от иностранца, есть своё: «Зато где вы видели, чтобы у нас линчевали негров?».
Не люблю магазин «Эльдорадо», потому что там воняет конским потом, но рядом с домом других супермаркетов электроники просто нет.
Микропост про слово «крайний» стал самым посещаемым в истории «Палача» – видимо, проблема суеверных кретинов беспокоит не только меня.
Откройте любой фотобанк и поищите фотографии с тегом «компьютер» – первыми выйдут снимки людей, которые сидят за аймаками и улыбаются так, словно им растянули рот, как у Джокера в «Бэтмене».
В 2012-м «Первый канал» закупил сезон «Элементарно», пустил первую серию в прайм-тайм, и все уснули – плевался даже я, человек, который посмотрел и прочитал про Шерлока Холмса абсолютно все. К «Элементарно» я вернулся через пару месяцев, когда отсмотрел «Обмани меня» и понял, что у меня сериальная ломка.
Я знал, что это случится, но не думал, что так скоро. Весь вчерашний день в голове пульсировало словосочетание «крайний раз». Не знаю и не хочу знать, почему так, но просто запомните: с людьми, которые подменяют «последнего» на «крайнего», никаких дел иметь не стоит.
Не пользоваться телеграмом в 2016 году — моветон. Авторские каналы появились у журналистов и блогеров, в мессенджер ринулись СМИ. Это новый твиттер, фейсбук, инстаграм и блог. Но узнать о каналах можно только из тематических подборок, дружеских рекомендаций или переправленных сообщений.
Есть тип нон-фикшн литературы, который я не выношу более всего. Формулируется примерно так: мы напичкали книгу примерами научных исследований, а еще задали генеральную мысль.
Фильма «Коробка» я ждал с того момента, как о нем узнал. Во-первых, Сергей Романович очень крутой актер, хоть и гном. Во-вторых, тему уличного футбола испортить тяжело. Но, оказывается, можно.
В 2010 году вышла песня группы Radio Чача «Вон из дома». Там была такая рифма:
Это слово не попало в список уродливых, потому что само по себе оно звучит нормально. Проблема в том, что «буквально» годится только для шоу Андрея Малахова и Бориса Корчевникова. Например, в таком виде:
Это было давно – Кубок Москвы тогда проводил Михаил Марголис, Алексей Захаров еще не менял слово «последний» на «крайний», а Евгений Левданский иногда заезжал в Россию. Летом 2010-го я задыхался в английском лагере, а единственной связью с миром был Samsung S5560 – трехдюймовый сенсорный телефон с отвратительной камерой.
На «Палаче» уже было три уродливых слова – теперь пора говорить про слова, которые не стыдно произносить в приличном обществе.
Эльдар Муртазин давно забронировал место на кладбище – правда, не для себя, а для Apple. Ведущий мобильный аналитик долго рыл могилу – уничтожал Apple в твиттере, в «Бирюльках», на «Снобе». Писал, что Android уже победил. Возродил мем «Компания скоро умрет», который раньше относился к Nokia, а теперь – к Apple. Приводил финский пример, подтверждая собственную экспертность: скончалась Nokia, подохнет и Apple.
